Жанна Бочманова — большой друг платформы «Футурейтинг», современная российская писательница, автор книг для детей и взрослых. Коренная петербурженка, окончила Ленинградский государственный институт культуры (библиотечный факультет). Член Сроюза писателей России. За годы карьеры перепробовала множество профессий, но в итоге сосредоточилась на писательстве. В 2015 году прошла литературные курсы «Мастер текста» при издательстве «Астрель-С-Пб». Участник Литературной мастерской Сергея Лукьяненко. Работает в разных жанрах: реализм, фантастика, детектив, детская проза. Участвовала в проекте «Завтрашние классики: воспитание через слово», реализуемом Союзом детских и юношеских писателей при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
И сегодня мы поговорим с ней о будущем, фантастике и детях — которым эту фантастику читать и это будущее строить.

— Начнём с главного: что будет с книгами, читателями и писателями в грядущем? Не первый год СМИ хоронят книгоиндустрию.

— Я думаю, что с книгами всё будет так же, как и было. И даже лучше Например, фантастика была популярна в 70-е. Мы же росли все на этих книгах. И современные дети полюбят читать, если эта фантастика будет устремлена в будущее, то есть будет показывать так же, как в 70-е, как люди выходят в космос, осваивают другие планеты, контактируют с иным разумом. Нас это подвигало смотреть в будущее и стремиться к нему, и наших детей будет. Сейчас литература обращена в прошлое, нам просто нужно развернуться на 180 градусов. Верю, что в грядущем писатели наверняка будут умнее, добрее, чем сейчас, талантливее, чем сейчас. Их будут воспитывать с детства, может быть, как воспитывают музыкантов или художников, спортсменов — с малолетства. Будут отбирать талантливых детей, владеющих словом, и постепенно растить из них гениев, писателей Земли Русской. Вот такое, я думаю, нас ждет будущее. 

— Фантастика как-то связана с образованием человека? 

— Возможно, в будущем не будет какой-то единой программы образования, а она будет формироваться с учетом индивидуальных особенностей каждого ученика. А писатели должны будут это все компоновать, побуждать детей узнавать новое. Вообще писатель должен именно побуждать детей, взрослых, кого угодно, узнавать что-то новое. Читаешь книгу, что-то тебя заинтересовало — и вот ты уже поумнел. Задача писателя — придавать будущему оптимистичный сценарий, чтобы было к чему стремиться. 

— Верите ли вы в силу слова детского писателя-фантаста, где позитивные мысли и образы из книг постепенно становятся реальностью?

 — Не могу сказать за всю писательскую братию, но для меня, например, фантастическая литература в детстве сыграла очень большую роль. Я росла на книгах Стругацких, на Снегове, Азимове, Брэдбери — они давали мне какое-то другое видение мира. Фантастика будит воображение, особенно у ребёнка, когда он ещё не сформировался как личность. И от того, какие это будут книги — позитивные, с хорошим посылом, либо это будет жуть жуткая с апокалипсисом — от этого будет формироваться соответственно мировоззрение ребенка. Кстати, я очень хорошо отношусь к антиутопиям, к апокалипсису, как к жанру. Но, опять же, они должны нести какой-то позитивный посыл. Обязательно. Герои должны преодолевать трудности, бороться с врагами, либо с внешними, либо с внутренними, побеждать и идти все-таки к позитивному финалу. Поэтому и слово фантаста, писателя, играет большую роль. Я надеюсь, что эта тенденция не иссякнет, что мы будем действительно учить наших читателей доброму, светлому, вечному.

— А писателем может стать каждый? 

— Писателем может стать каждый. И сценарии оптимистичные писать тоже может каждый. Можно ли сказать, что фантастика — это основа счастливого будущего для общества? Я считаю что вообще в книгах не должно быть прямым текстом написано «что такое хорошо, что такое плохо», как в стихах у Маяковского. Книги же нас учат чему-то, не благодаря тому, что в них решения прямым текстом описаны, а опосредованно, через сюжет, через героев, через их развитие. Поэтому, да, в книгах должно отражаться состояние общества и даже немножечко его опережать. Общество будущего — это общество справедливости, креативности, но это должно вытекать из сюжета: читатель должен этот делать вывод сам — вот я тоже так хочу жить! Когда читаешь хорошую фантастическую книгу с оптимистическим будущим, как у Ефремова, например, ты думаешь: «Классно люди живут, как они себя так прокачали — нет в них зависти, стяжательства, желания урвать себе побольше благ». Поэтому, да, мы должны писать о желаемом будущем. Но опять же, чтобы об этом писать, человек должен сам быть таким. Ну, или стремиться стать таким. 

Невозможно описать доброту, честность, если ты сам — жулик вороватый. Как ты об этом будешь писать? В тебе просто этого нет, и все люди, которые соблюдают нормы этического права тебе кажутся идиотами. Я таких людей очень много знаю, которые говорят: «Ну, а что не взять-то? Оно плохо лежит. Пошёл и взял». Им даже в голову не приходит, что это аморально, что это нечестно, что ты этим причиняешь страдания кому-то. Вот поэтому сначала мы сами становимся людьми будущего, внутри себя, и только тогда нам будет легко описывать оптимистическое будущее. Только так. 

— Как сделать так, чтобы мысли, мечты и ожидания обычных людей о будущем были услышаны при проектировании государственных стратегий, а не зависели только от мнения узкой группы экспертов? 

— В идеальном будущем должна быть какая-то программа, например, которая собирает мнения всех людей в мире, какой-нибудь искусственный интеллект их собирает, суммирует и говорит, что такой-то процент населения хочет вот этого, такой-то процент хочет этого, такой-то процент хочет этого. Всё компонуется, выделяется среднее, даётся рекомендация как лучше сделать, чтобы удовлетворить практически всех. А потом принимаются решения. В идеале, я думаю, каждое мнение должно учитываться и на основе этого вырабатывается стратегия.

— Спасибо, Жанна, до встречи на «Футурейтинге».

Фото автора